История на конкурс.

Лампочка и выключатель

Выключатель был маленький-маленький. К тому же - черный, и, как говорили,- плоский. Лампочка была большая-большая. К тому же - яркая и одетая в столь прекрасную и модную люстру, что нет ничего удивительного - Выключатель в нее влюбился.

Ему очень нравилось, что она то вспыхивала - и тогда казалась веселой и беззаботной, то гасла - и тогда представлялась задумчивой и нежной. К тому же, у нее были такие прекрасные формы, а эта широкополая люстра -с ума сойти! В общем, Выключатель очень страдал. Лампа висела в центре комнаты, а Выключатель торчал в углу, откуда мог только вздыхать. Лампочка кокетливо подмигивала. Но быть вместе они никак не могли. Никогда. Оконное Стекло было никакое.Его даже никто не замечал. Смотрели, казалось бы, на него, а говорили что-нибудь вроде: "какая сегодня хроршая погода". Или: "Посмотри, какой на улице смешной щенок". А про Оконное Стекло никто никогда не говорил ничего хорошего, разве ругали иногда: "Стекло,-говорили, опять грязное". Было отчего разозлиться и обидеться. К тому же, Оконное Стекло считалось далеким родственником лампочки, и судьба Лампочки всегда казалась ему более светлой. И вот однажды Оконное Стекло сказало: "Послушай, друг Выключатель.- Выключатель и и Оконное Стекло никогда не дружили, но когда говорят что-нибудь неприятное - часто лгут. - Послушай, друг Выключатель, - повторило Оконное Стекло для пущей убедительности. - Ты хоть знаешь, по кому вздыхаешь, наивный? Ты хоть знаешь, что Лампочка без тебя жить не может?" Выключатель очень обрадовался и испугался. Так всегда бывает, когда дело касается любви. "Ты же ее король, ее начальник, ее предводитель, - Оконное Стекло даже задрожало от волнения. Когда хочешь сделать гадость - тоже волнуешься. - Если ты захочешь - она будет светиться. Не захочешь - погаснет. Было бы твое желание - и она будет мигать каждую секунду или не гореть вовсе. Что ты страдаешь? Она - твоя слуга, подчиненная, рабыня. А ты по ней вздыхаешь, дурачок..." От удивления Выключатель ушел в себя - выключился и тотчас погасла Лампочка. "Что ты мне сказал? Как ты можешь так называть ее!" - вышел из себя Выключатель, и Лампочка включилась. "Ну, убедился?" - радостно задребезжало Оконное Стекло. "Это правда, ты так зависишь от меня?" - спросил выключатель Лампочку, потому что влюбленные верят только друг другу. "Правда, - вздохнула Лампочка и будто потускнела. - Теперь ты можешь издеваться надо мной и делать со мной, что хочешь. Теперь ты понял, как я завишу от тебя, и любовь превратится в рабство". "Вот так-то... А то вздыхают тут, спать не дают", - очень противно дзинькнуло Оконное Стекло. "о чем ты? - улыбнулся Выключатель. - Значит, на самом деле мы не далеки друг от друга, и это все обман? Значит, мы связаны? Значит, самой судьбой уготовано нам быть вместе. Оказывается - мы с тобой муж и жена. И теперь мы будем жить с тобой очень счастливо: когда ты захочешь, только скажи мне - вспыхнешь ярким светом. Устанешь - будешь отдыхать. Я стану защитником твоего света. И сторожем." "Вот дурак!" -выругалось Оконное Стекло. Так часто бывает: когда нечего сказать - ругаются. На этом можно было бы поставить точку, но если уж быть правдивым до конца, надо добавить: Лампочка эта никогда не перегорала. Все вокруг удивлялись: как неправдоподобно долго горит эта Лампочка. Все вокруг, наверное, просто не знали: эту Лампочку любят...

Победа
Серый день за окном. Серые тоскливые мысли. Чашка чая и недокуренная сигарета, в полной пепельнице. Хотя… Какие там мысли. Их нет. Нет, есть, но только одна….
Все это конец, он ушел…
Когда это случилось? Она уже не помнит. Все слилось в один серый миг. Она помнит только, как он уходил. Сказал обычный набор фраз, все кончено, он полюбил другую…  Наверно было что то еще, но все слилось, погасло… Словно выключили свет… «Уходя гасите свет». Эта фраза постоянно всплывала в ее голове. Мир действительно как.  Будто выключили. Все, что было, потом просто двигалось, куда то мимо нее. Иногда она вливалась в этот поток и двигалась вместе с ним. На работу, в магазин, домой…И снова все повторялось - чашка чая и сигарета у темного окна…
Сколько времени так прошло, она не помнила. Для нее все это было не важно.. Однажды устав смотреть в серое от дождя окно, она села разбирать старые фотографии. Вот они вместе, вот он один.. Смеющиеся глаза, лукавая улыбка. Фотография за фотографией. Вот письма, телеграммы. Она все это бережно хранила. Зачем? Она даже тогда этого не знала, а теперь и подавно. На столе аккуратной стопочкой лежал маленький кусочек счастья.
Ее счастья, не его… Как просто было его разрушить! Руки по инерции продолжали разбирать содержимое старого бабушкино комода. Она взяла фото своей бабушки. Улыбнулась, такой она ее и не помнила, молодая, красивая. Даже в возрасте с легкостью кружила головы молодым мужчинам, но жила одна. Только все приговаривала. Что любить нельзя, нужно, что бы тебя любили.. Так не больно. Руки медленно перебирали старые вещи, письма…внизу на самом дне лежала старая пухлая тетрадь…. Почему она достала ее, она в последствии так и не вспомнила. Просто достала и стала читать. Непонятные слова.. На глаза ей попалась строчка выделенная красным: «Как унять тоску девицы, по молодцу». Она усмехнулась, Бред полный бред.. Спать, спать…
Монотонный звонок будильника.. Все как всегда. Серый день. Серые мысли .
В ванной Она взглянула в зеркало…Потухший взгляд. И вдруг в памяти сами собой всплыли строчки. Руки потянулись к воде, потом к лицу, губы словно привыкая, зашептали слова молитвы…
Она вышла на улицу. Первый снег. Когда наступила зима? Сколько времени прошло с момента, когда он ушел? Она впервые за долгое время улыбнулась. «Неужели помогло?»
Теперь вставая каждое утро, привычно шептала слова молитвы.. И боль отступала..
Идя, домой, увидела его. Он был не один..
Воздух словно сгустился, а потом исчез совсем. Мир сузился до маленькой точки.Как она добралась до дома она не помнила. Очнулась от того что сигарета обожгла пальцы. Как он посмел? За что? Она обернулась к столу, на нем по прежнему лежала тетрадь. Пальцы нервно листали страницы. Гнев, злость. Больше ничего не было вокруг. Вот. Вот оно! Она зажгла свечу и встала на колени. Зашептала слова. Сначала медленно, словно пробуя на вкус, потом все быстрее и быстрее.. «Дым Дымович..»- губы быстро выводили незнакомую мелодию слов.
Теперь ее жизнь наполнилась смыслом. Мир постепенно вновь стал наполняться цветом и запахом. Однажды , взглянув на себя в зеркало…не узнала. Похудевшее лицо, сумасшедшие зеленые глаза.. «Ведьма»- улыбнулась она своему отражению. Напевая нехитрую мелодию, взяла со стола старую тетрадь… «Вот твой маленький кусочек счастья»- Посмотрев на его фотографию, поняла что ничего не чувствует к нему, ничего кроме обиды. Привычно зажгла свечу и встала на колени. Где - то в глубине сознания тоненький голосок спросил: « Зачем? Не стоит…»  Упрямо тряхнув головой, она продолжала шептать слова.
Теперь, наверное, никто из его друзей не узнал бы ее. Высокая, стройная она шла по дороге и улыбалась. Солнцу, легкому морозу и глупым снегирям, яблоками сидевших на ветках деревьев. Она не знала, да и не хотела знать, сколько прошло времени с того дня. Зачем? Просто была уверена, что все будет так как она того захочет….

Сиреневый вечер за окном. Город зажигает огни, как новогодняя елка свои гирлянды. Чашка чая и улыбающаяся женщина у окна молча смотрит на ночной город. Звонок. Она недовольна, ну кто там еще?....
Она смотрела на него и знала, что победила. Виноватая улыбка, и роза на длинном стебле. « Твоя любимая. Прости, не могу без тебя»…
Она победила, но сейчас уже не знала, зачем ей эта победа.? Зачем он ей?
«Ты довольна? Ну, и что теперь будешь делать?»- вновь спросил тоненький голосок в глубине сознания. Она молча взяла розу, посторонилась. Он вошел…
«Ну что же с победой тебя…»- отозвался голос

Маленький котёнок ёжась от холодного ветра в пушистый комок, мягко перепрыгивал через замёрзшие лужицы, пробираясь к тёплому подвалу, где несколько последних дней был его дом.

Шерсть сбилась в тоненькие иголочки полузамерзших колтунов-сосулек, лапки замёрзли от бесконечных ледяных пупырышков воды на асфальте и обметались кружевом нетающих заиндевелых снежинок. Большие янтарные глаза настороженно поглядывали по сторонам – не попадётся ли кто знакомый? Тогда к нему можно будет пристать, ласково умоляюще мяукнуть и жалобно заглянуть в глаза, вызывая сострадание. Но здесь никого не было. Одиноко шелестя мириадами снежинок, шумела пурга, неся позёмку своей маленькой снежной армией навстречу котёнку, упрямо прыгающему по льду.

Сегодня котёнок остался без еды. В том месте, где даже в морозный день обоняние привычно ласкал запах рыбы, было много людей. Люди шаркали стоптанными сапогами, мелькали перед ним закрашенной дешевым кремом облезлой кожей ботинок и шумели. Обычно людей здесь было не так много, и солнце ещё выкатило свой тусклый зимний глаз на середину блеклого, занавешенного облаками неба. Поэтому долго уворачиваясь от мелькающих ног, котёнок решил возвращаться домой. Дома было намного теплее. Маленькие и большие коробки, сваленные в кучу в одном из подвалов стали ему своеобразной квартиркой. Растащив кучу в пару вечеров, котёнок обосновался в своём картонном доме.

Котёнок не знал, сколько он уже живёт в этом месте. Его мать – большая пушистая кошка ласково жмурилась такими же янтарными глазами всем четверым котятам, маленьким слепым комочкам, покрытым мягкой шерсткой. Потом его хозяйка долго плакала, размазывая по щекам солёные слёзы, а кто-то кричал ей, что так будет лучше. Тогда ещё землю покрывал шуршащий ковёр из ярких оранжевых и жёлтых листьев. Солнце щипало глаза, отражаясь яркими лучами от маленьких янтарных огоньков. А ночью неожиданно пришел холод. Родной запах растворился в незнакомом воздухе чужого района, и пришло непонимание. Так он жил, слоняясь по улицам днём и забираясь в открытые подъезды по ночам. Постепенно сухой воздух и яркие резные листья сменили дождь и слякоть, а теперь из-за холодных острых иголочек снега стало совсем трудно.

Районные коты сбивались в кучки и прятались среди мусорных баков, бегали от голодных собак и устраивали разборки за территорию. К одной из таких кучек котёнок хотел было пристать, но тощая облезлая кошка, ходившая за вожаком, гневно сверкала жёлтыми глазами и пятном лишая на спине, и топорщила коготки. Вожак равнодушно взглянул на котёнка, словно говоря: « Извини, я бы рад…» и вернулся к лишаистой спутнице. Котёнок долго провожал взглядом котов и, наконец, вернулся в подвал. Больше он не делал попыток прижиться в кошачьем сообществе. Два или три раза ему повезло, его взяли на руки, отогрели и накормили, а потом опять выпустили в холодный, звенящий морозом день.

Неожиданно резкий порыв ветра бросил в мордочку пригоршню снега и котёнок не устоял на лапках, переворачиваясь на снегу и больно тычась в осколки расколовшегося льда. Сонное безразличие нашло на котёнка, утягивая его в последний сон, грозя заморозить, превратить в ледяную игрушку непогоды.

Теплые человеческие руки, натыкаясь на промерзшую острыми льдинками шерстку, подняли холодный комочек, который неожиданный ветер швырнул под ноги. Приложив, освобожденную от перчатки руку к щупленькому тельцу, человек убедился в живучести семейства кошачьих и переложил его за пазуху к теплому свитеру.

Котёнок потянулся, всем тельцем ощущая тепло рельефной батареи. Снег с шерстки оттаял, образовав маленькие лужицы на полу, а батарея даже высушила мокрый золотистый мех.

Человек потрепал его по шерстке, с усмешкой заявляя:

- А у тебя действительно девять жизней, котёнок. Котёнок мяукнул, мягко спрыгивая на колени человеку.

Теплые ладони обхватили тельце котёнка и погладили мордочку.

- Как тебя зовут? - ласково улыбнулись светлые глаза из-под густой чёлки.

Котёнок смешно мигнул и мурлыкнул.

- Ага. Значит, мне выпала честь придумать тебе имя? - человек приподнял котёнка и заглянул в блестящие янтарные глаза.

- Как же мне тебя назвать? - человек задумался и взъерошил светлые волосы. – Ты согласен быть Лунатиком? Бродишь по ночам, золотой весь такой, а?

Котёнок радостно мяукнул, соглашаясь с решением нового хозяина.

- Пойдём, я тебя накормлю, Лунатик. Есть хочешь?

Лунатик неохотно спрыгнул на пол и выжидающе уставился на человека.

Человек рассмеялся, наблюдая за котёнком.

- Ну спасибо, Лунатик! Рассмешил, - пробормотал человек, роясь в холодильнике. - Я редко смеюсь, можешь поверить. Ты уж извини, я молоко не пью, тебе кефир подойдёт? Человек налил в блюдечко густую молочную жидкость и покрошил в него хлеб.

Сытый и согретый котёнок настороженно посмотрел на человека. Обычно после еды его сразу же выгоняли, но в этот раз хозяин лишь погладил Лунатика по золотой шерстке.

- Если ты ничей, можешь жить у меня.

Так котёнок остался жить у человека. Каждое утро человек вставал, наливал миску молока Лунатику, завтракал и уходил. Когда за окном сгущался сиреневый сумрак раннего зимнего вечера, входная дверь щелкала замком и впускала хозяина. Котенок, радостно мяукая, прыгал в ласковые руки человека, и для него не было большего счастья, чем услышать: «А я уже соскучился, Лунатик!»

Морозные иглы зимы таяли, топились серебристые сосульки, за окном всё чаще щебетали птички, но не зимние красногрудые снегири и весёлые синички, а юркие воробышки; снег совсем сошел, обнажив чёрные проталины земли, сопревшей под снежным покровом за долгую зиму. Несколько раз человек брал его с собой на дышащую весной улицу. Котёнок с удовольствием вдыхал новые, незнакомые запахи, насыщенные весенними ароматами распускающихся из упругих почек клейких листочков. В один из таких весенних дней, человек вернулся в плохом настроении. Лунатик засуетился вокруг, запрыгнул на колени и замурчал. Человека это успокаивало, вот и теперь он улыбнулся, привычно взъерошивая волосы.

- Спасибо, Лунатик. Что бы я без тебя делал? Пойдём на улицу. Там сегодня чудесно. И пусть она катится к черту! Она - это его девушка, - догадался котёнок. Он пору раз видел её – высокую, темноволосую, с укоряющим взглядом. Она фыркала на Лунатика и говорила, что у неё аллергия на кошачью шерсть, но человек пожимал плечами и гладил мягкую шерстку Лунатика.

Ласковое солнышко приветливо золотилось на небе, переливаясь в шерстке Лунатика. Котёнок бежал впереди, постоянно оглядываясь, идёт ли за ним человек. Человек шёл, забросив за спину рюкзак, засунув руки в карманы любимых джинсов.

Перекрёсток мигнул трехглазым подслеповатым светофором, призывая подождать. Ещё одно маленькое золотистое солнышко. Впереди, через дорогу был парк с мягкой шелковистой травой и бойкими серыми и зелёными кузнечиками.

Мягкие лапки перешагнули через белую полосу перехода, и зоркие янтарные глаза осмотрели замершую движением дорогу: можно идти.

Человек, перекинув рюкзак на другое плечо, шагнул на дорогу, когда с перекрёстка, неожиданно взвизгнув шинами, вылетел серебристый автомобиль. Человек не обратил внимания, погрузившись в собственные мысли, сделал ещё один шаг навстречу серебристой машине. Котёнок удивлённо взглянул на задумавшегося хозяина и, истошно мяукнув, бросился на человека. Человек, очнувшись от мыслей, отпрянул, а серебристый автомобиль чуть слышно подкинул над бампером золотистое тельце Лунатика, которое, перевернувшись в воздухе, упало в подставленные теплые ладони человека.

Колени хозяина подогнулись, и он сел прямо на тротуар, прижимая к груди своего котёнка.

Лунатик зажмурил, затуманившиеся от боли янтарные глаза. Тельце сковал неожиданный холод, как в тот зимний вечер, когда его нашёл человек. « А я уже соскучился, Лунатик!» в последний раз прошептал в сознании котёнка голос человека, и приветливо улыбнулись цвета травы в парке, глаза.

Отредактировано Киса (2009-02-13 03:51:17)

Два братца пошли на реку купаться...
Стояло чудесное морозное утро. Снег поскрипывал под ногами. Середина февраля. А зима вместо того, чтобы мести метелями, шл?т один за другим морозы.

Два брата Филипп и Александр отправились к реке купаться. Нет, они не были сумасшедшими. Они были моржами. И зимние купания были для них огромным наслаждением.

Братьям едва исполнилось два года, когда мать впервые облила их холодной водой. И теперь всякий раз, глядя, как в т?мной воде проруби отражаются зв?зды, братья чувствовали себя частью вселенной и были уверены, что при погружении в холодную воду они каждой клеткой впитывают в себя безграничную энергию космоса.

По шуршащему на льду снегу они босиком ходили, как любители пляжного отдыха по т?плому песку летом.
- Слушай, Филя, - сказал Александр, - сегодня День Святого Валентина, а у меня нет моей Валентины.
- Экая печаль, - откликнулся Филип п, - нет сегодня, завтра будет.
- Ты уверен?
- Естественно. Для каждого парня судьбой предназначена девушка. Значит, и у тебя будет.
- А у тебя?
- И у меня, - флегматично откликнулся брат.

- Завидую я твоему характеру.
- Зависть - не есть хорошее чувство.
- Моя зависть беленькая, как агнец, - рассмеялся Александр.
- Да ладно тебе придуриваться, пошли окун?мся.
- Пойдем, - согласился брат.
Вдруг они услышали резкий вскрик, плеск и приглуш?нное барахтанье в воде.
- По-моему, это в проруби!
- Помогите! - раздался полный ужаса крик.
- Побежали!
- Побежали!

?Когда они вытащили из проруби девушку, то первым делом попытались сделать ей искусственное дыхание. Но спас?нная была в сознании, только странно дышала и тряслась.
- Она зам?рзла.
- Простыть может?
Братья подхватили девушку и понесли к оставленной на берегу машине.
- Там моя одежда , - слабо кивнула она в сторону.
- Ты неси, - сказал Александр, - а я соберу е? и нашу одежду, в машине оденемся.
Филипп только кивнул.

Когда Александр вернулся к машине с одеждой, Филипп пытался напоить незнакомку чаем из термоса, но она вс? время проливала горячую жидкость на себя, так как у не? зуб на зуб не попадал.
- Дай сюда, - сказал Александр, - взял в одну руку чашку, другой полуобнял девушку и влил ей в рот согревающую жидкость. Она судорожно сделала глоток, потом другой.
- Одевайся, - он бросил ей одежду.
Натянув на себя вс?, что было, надев сапоги и закутавшись в шубу, она перестала стучать зубами.
- Как зовут тебя, русалка? - спросил Александр.
- Валя?

Александр подмигнул брату - вот, мол, и Валентинка нашлась:
- Я Саша, он Филипп. Сейчас мы отвез?м тебя домой. Ты далеко жив?шь?
- Не очень?
- Называй адрес.
Она назвала улицу и номер дома. Потом зачем-то добавила этаж и номер квартиры.
- Наш "Жигуль" по лестнице карабкаться не умеет, - усмехнулся Филипп, - Так что, извини, довез?м только до подъезда.
Она быстро кивнула и жалобно произнесла:
- Можно ещ? немножко чаю?
- Да, пей хоть весь термос. Не жалко.
- Спасибо, - она вцепилась в протянутую Александром чашку, как в спасительный круг.

- Как ты в проруби-то оказалась?
- Я хотела стать моржихой?
- Ну и?
- Испугалась в последний момент, короче передумала, хотела отойти от края и вдруг поскользнулась. А вода такая т?мная! Такая холодная! Не знаю, как у меня сердце не остановилось, - она перевела дыхание и приглуш?нно всхлипнула.
- Теперь плакать поздно, - снисходительно заметил Филипп.
- Ой! Если бы не вы, мальчики! Подумать страшно, что со мной было бы!
- Утопла бы и все дела.
- Ой!
- Да, ладно, Филя шутит, - Александр осторожно коснулся руки девушки. - Просто моржевание такое дело. Начин ать его с бухты-барахты, тем более в одиночку, нельзя.
- Вот! - согласился Филипп, - Наука тебе будет.
- Да уж, - согласилась Валентина, - на всю жизнь. Больше близко к проруби не подойду.
- Ну, это ты зря. После купания такой заряд бодрости! Будто снова родился.

- Я тоже сегодня точно заново родилась благодаря вам. Спасибо! - она горячо стиснула руку Александра.
- Да не за что, - он почему-то смутился от е? пылкости.
- Мы приехали. Вот мой дом.
Валентина выбралась из машины. В нерешительности переступила с ноги на ногу.
- Ты чего? - забеспокоился Александр, - Тебя проводить?
- Нет, то есть, да.
- Ладно.
- И он тоже, - Валентина кивнула на Филиппа.
Братья переглянулись. Филипп пожал плечами и стал выбираться из салона авто.

Они закрыли машину, девушка набрала номер кода, и все трое зашли в подъезд.
- Родители, наверное, спят? - спрос ил Александр.
- Нет.
- Мы до двери проводим и пойд?м, а то они точно не обрадуются такому эскорту дочери.
- Я одна живу.
- Совсем?
- Почему совсем? У меня кенарь есть.
- А?
- Вы проходите. Я сейчас чайник поставлю. У меня торт есть.
- А посущественнее у тебя ничего нет? - подал голос Филипп.
- В смысле?
- Ну, борщ там. Я не знаю, картошка с мясом.
- Вы ночью будете это есть?! - удивилась Валентина.
- Нам вс? равно, когда есть, - буркнул Филипп, - Лишь бы было что есть.
- Хорошо, у меня есть туш?ное мясо и цветная капуста. Что вы будете?
- И то, и то.
Она пожала плечами:
- Идите мыть руки, я пока разогрею.
Братья, как послушные мальчики, уединились в ванной комнате. Когда они вошли на кухню, стол уже был накрыт. Чудесные ароматы наполняли воздух.

Александр рассказывал девушке о том, как они с братом начали моржеваться. О свое й матери? Филипп ел молча. После чая братья переглянулись, поблагодарили за вкусный ужин и поднялись.
- Разрешите откланяться, - сказал Александр.
- И больше не тони, - добавил Филипп.
- Вы куда?
- Домой. Поздно уже.
- Вот именно, поздно. Мальчики, останьтесь!
- Ну, - Филипп обв?л взглядом кухню, - вообще-то, нам бы тогда прилечь.
- Конечно, конечно! - она выпорхнула в дверь.

Минут через пять до ошарашенных братьев долетел е? голос:
- Мальчики, идите сюда!
Придя на зов девушки, они оказались в уютной спальне. Рядом с огромной кроватью на столике горел ночник.
- Потушить? - спросила Валентина.
Александр покачал головой, а Филипп облизал пересохшие губы. Через миг, точно поднырнув под сверкающий всеми огнями радуги водопад, они оказались в совсем другом мире. В мире безудержной, сводящей с ума страсти. Тело Валентины в самом деле было похоже на белое тело русалки. Только хвоста не было видно?

Оно манило к себе и обещало вечное блаженство. Филипп пров?л ладонью по е? плоскому животу, а Александр жадно припал к груди. Два обнаж?нных мужских тела безумно возбуждали девушку. Тая под их ласками, она ничуть не жалела, что бросилась в эту авантюру. Ни разу в жизни ей не было так хорошо. Едва она успела вскрикнуть от удовольствия, как уже другое тело возлегло на не?, лаская плотью, губами и руками до тех пор, пока новый оргазм не прин?с ей сладчайшее удовлетворение. Минута таяла за минутой, час улетал за часом. Их тела переплетались, как ветви молодых деревьев. Под самое утро, обессиленные, они заснули.

?Утром, когда братья прот?рли глаза, Валентина ещ? спала.
- Слушай, Филя, а как же мы теперь будем делить с тобой нашу Вал ентинку? - спросил Александр.
- А пускай она сама выберет, - предложил Филипп.
С этим решением они разбудили девушку и обратились к ней с вопросом:
- Так кто же будет твоим Валентином?
Но девушка смутилась, покраснела и тихо выдавила:
- Вы мне оба очень нравитесь, мальчики.
- Ну, дела! - выдохнули оба брата одновременно и задумчиво почесали макушки.
Автор: Наталия Антонова

Бродяга классно

  без слов...

Мила, супер)))

солнце коснулось краешком линии горизонта и по гладкой поверхности воды пролегла дорожка расплавленного золота. Человек сидящий на краю обрыва свсив ноги в стометровую пропасть затаив дыхани смотрел как огромный диск все глубже опускается в пучину. В такие минуты он чувствовал себя пылинкой на краю мироздания...и хотел пролететь вдоль дорожки...ведя пальцем по тяжелой поверхности воды...забыв обо всем...и хотя алое зарево еще подсвечивало легкие пушистые облачка на горизонте, солнце уже скрылось в море и на небе зажглись первые звезды. человек вздохнув поднялся и направился к припаркованой в тени деревьев машине. при ближайшем рассмотрении видно было что это совсем молодой парень, вмеру симпатичный, стройный, высокий. Не перегружен лишними мышцами, даже тонковат..черная шелковая рубашка и черные же джинсы...обычный наряд.
В тон машины....черной как ночь лады двенадцатой модели. через несколько минут проскочив лесопосадку он выехал на горный серпантин и резко увеличив скорость помчался вниз. 15 минут бешеной гонки и впереди открылась панорама города сверкающего огнями...
***
Ей явно не везло. Она надеялась засвтло поймать попутную машину, но как назло на дороге было пусто. Припозднилась. Говорила ей сестра дождаться утра. мало ли что в горах ночью может произойти. Но нет. Упрямых характер. И раньше выйти не догадалась. В голову полезли мысли о том чтобы вернуться. Но представив вырвжкени лица сесры Ира решила еще подождать. Закурив длинную тонкую сигарету оа с надеждой посмотрела в сторону гор. в принципе ночь теплая, до города всего 20 километров. Можно бы и пешком.только на шпильках это сложно...Слезы готовы были выступить на глазах. Но гордость пока не позволяла. словно в награду за терпение вдали послышался наастающий шум мотора. через минуту дальние деревья осветились призрачным светом и изза поворота вылетела какая то легковушка. Ира подняла руку сама не веря в то что машина остановится. Такие даже жезлам инспекторов гибдд не подчиняются стремительно проносяс мимо. Но вопреки всему машина сбросила скорость и остановилась чуть не доехав до удивленной девушки. Та стояла не рискуя приближаться, в голову лезла другая крамольная мысль. Мало ли кто может сидеть в машине. изнасилуют и бросят. Между тем машина плавно тронулась навстречу и замерла уже возл девушки. Та все еще в прострации смотрела в зеркальное стекло. Точно бандиты билась в голове потерянная мысль. Дура почему она сестру не послушала. Поехала бы с утра на автобусе и добралась бы спокойно. Но нет, захотелось к подружкам на дискотеку скорей.
-Девушка, вас подвезти?-вопрос наконец нашел нужную ивилину и Ира осознала что стекло опущено и на нее спокойно смотрит молодой симпатичный парень. к тому же в салоне машины он совершенно один.
-Дда. ответиила Ирина, смущенно улыбнувшисьсадясь в машину.-мне только до окраины.
-Можно и не до окраины, улыбнулся парень осматривая ирину. та совершенно спокойно выдержала его взгляд. в свои 20 она выглядела прекрасно. стройные ножки, бюст, вот только рост подкачал немного. всего 165 сантиметров. Но шпильки делали свое дело. В ответ девушка с любопытством рассматривала случайного спутника. Вполне симпатичный парень и ненамного старше самой ирины. На чуть пухлых губах играет непонятнач улыбка. Тонкий прямой нос. карие глаза. бездонные. Затягивают. Ира с трудом отвела взгляд.несколько секунд поооказались вечностью. вздрогнув машина тронулась и мгновенно набрала скорость. в колонках играла тихая спокойная музыка. кажется Эра. через несколько секунд парень нарушил молчание
- что столь прекрасная особа делает на дороге ночью?
-у сестры гостила.,-честно ответила Ира,- немного задержалась.
-И не побоялись садиться в машину к незнакомому человеку?
-вы меня тоже не знаете - парировала Ира, - мало ли кто мог голосовать.
- один один, -весело улыбнулся парень.-кстати меня рома зовут.
-Ирина, - с достоинством промолвила девушка.
шестым женским чувством она уже поняла что этот человек не причинит ей зла и расслабившись позволила себе даж слегка пококетничать. Закинула ножку на ножку украдкой наблюдая за ракцией молодого человека.
- а вы что делали на дороге ночью, -спросила она.
-не поверите, смутился парень,-мальчишкой часто здесь бывал и однажды оказался на обрыве. Дело было на закате и я случайно глянул в сторону солнца. И замер. Очнулся только когда солнце село. В тот день я домой вернулся ночью и ама сильно ругалась. Но я дал себе слово что обязательно вернусь туда и посмотрю на закат еще раз. а потом мы отсюда уехали. и как то все не получалось. вот на днях вдруг вспомнил и решил съездить. и опять засиделся до ночи.
пока длился рассказ они въехали в город и машина замерла возле автобусной остановки.
-А вы романтик, улыбнулась Ира, хотела бы я увидеть это зрелище.
-легко,- рассмеялся Роман, давайте завтра, пишите номер телефона. На миг задумавшись он продиктовал десять цифр.
-спасибо, ирина вышла из машины и обернулась. ее немного покоробила самоуверенность этого парня, обычно у нее просили номер телефона а не давали.
-До завтра, - воскликнул роман и машина сорвавшись с места влилась в поток городского транспорта.
-До завтра...прошептала ирина. перед мысленным взором вновь возникли внимательные карие глаза наполненные вселенской нежностью, и она поняла что обязательно позвонит...